Стр.
В области эстетики Руссо, с одной стороны, декларативно ратуя за граждански-патриотическое искусство (критика "немужественного" рококо и темы любви в поэзии, драматургии и прозе как наносящей ущерб их гражданственному пафосу), с другой же - в реальном художественном творчестве выступил с сенсуалистических позиций основоположником такого художественного направления, как сентиментализм.
В области музыки Руссо был сторонником спонтанного мелодического начала как "языка страстей" в противовес рационалистической программной музыке; на аналогичных основаниях в живописи делал акцент на динамике рисунка в противовес колористике.
Руссо является автором ряда опер, музыкальных комедий и романсов, а также изобретателем новой системы нотной записи. К музыке он питал сильнейшее влечение. В 1781 г., уже после смерти Руссо, вышел в свет сборник из девяноста пяти романсов, озаглавленный «Утешения в невзгодах моей жизни». Среди этих романсов, полных наивной свежести, есть, по свидетельству знатоков музыки, шедевры грации и чувства:
Вместе с романсами, предназначенными для исполнения в домашней обстановке, Руссо сочинял арии, дуэты, хоры. У него это получалось довольно хорошо, потому что даже довольно осторожный в положительных оценках Вольтер с похвалой отмечал, что у Руссо объединились два таланта, всегда существующие порознь: дарования стихотворца и композитора.
В сегодняшних оценках оперной музыки Руссо, поскольку многое из сочиненного им почти не сохранилось, приходится прибегать, по большей части, к отзывам людей XVIII века. Музыкант Давид, прослушавший наброски оперы «Открытие Нового Света», выразил мнение, что «там есть отрывки, достойные Буонончини» - популярного итальянского композитора. По данным Тьерсо, кроме итальянских влияний, Жан-Жак испытал также влияние Люлли. Свои «Галантные музы» сам Руссо оценил как местами превосходные, местами бесцветные, и так как сложности оперной композиции ему не давались, их дорабатывал музыкант Филидор, после чего это произведение публике нравилось, и только Рамо с его злобной антипатией к Руссо отрицательно отзывался о «Галантных музах». В порывах самокритики Руссо беспощадно уничтожал свои оперы, пощадив лишь одну - «Деревенского колдуна», легко понять почему. В этой «непринужденной крестьянской пасторали», как рекомендовал ее Руссо, доминируют задушевные арии, чем была очарована пресыщенная громоздкими оперными спектаклями публика.
Оперу Руссо слушал король вместе со своей фавориткой г-жой Помпадур; присутствовал весь двор. Трогательная наивность арий вызывала шепот похвал, затем бурное волнение всего зала. Опера настолько понравилась королю, что можно было впоследствии слышать, как он «голосом самым фальшивым в его королевстве» напевает песенку Колетты: «Мне не видать счастливых дней, не слышать ласковых речей».
Сюжет для своей пьесы «Пигмалион» (1770) Руссо нашел в «Метаморфозах» Овидия. Французский Театр уже имел в своем репертуаре одноактную оперу Рамо под тем же названием, где ожившая статуя возвещает о своем вступлении в жизнь, танцуя сарабанду. У Руссо этот сюжет - повод не для балета, а для глубоких раздумий о художественном творчестве.
Одноактная лирическая сцена Руссо представляет собой сплошной прерывистый монолог, произносимый героем известного мифа. И самое примечательное: речитатив вместо пения, а диалог слышен на фоне оркестра.
Хотя Руссо написал к своему сценарию всего два ритурнеля [Ритурнель (фр. ritournelle < итал. ritornello < ritorno возвращение) - повторяющаяся как припев краткая музыкальная фраза в аккомпанементе; находится в начале, в конце или между куплетами вокальной пьесы], а двадцать три сочинил лионский купец Орас Куанье, малодаровитый композитор-дилетант, хотя текст сценария по уровню неизмеримо выше своего музыкального сопровождения, «Пигмалион» буквально ошеломил публику. Этот небывалый жанр мелодрамы произвел огромное впечатление на всех смотревших и слушавших его во Франции, в Германии, в Италии. Велико открытие, что оркестр способен как бы комментировать и дополнять переживания действующих лиц, причем глубже их самых страстных речей. Своим «Пигмалионом» Руссо внес в драматургию музыку, подчинив ей слово, впервые художник стал героем драмы, и впервые искусство заявило о себе, что логика его неуловима для рассудка.
Стр.
![]() |